«Тихие соседи, зелено». Квартиры с видом на… кладбище — bankruptcyhelp.ru

«Лесной массив» и призрак Егорова

Риелтору Ирине Горбачевой однажды довелось продавать квартиру, окна которой выходили на «лесной массив», как, смущаясь и краснея, описали местоположение квартиры ее собственники.

«На практике лесной массив оказался Преображенским кладбищем. На тот момент я была еще не очень опытным риелтором, к тому же сама лишена предрассудков и суеверий. Квартиру взяла в работу без задней мысли. А дальше началось…»

Первый же позвонивший озадачил Ирину неожиданным вопросом: на какие стороны света выходят окна. Вопрос вполне обоснованный, но, как выяснилось, он был единственным, который волновал потенциального покупателя. Спустя несколько дней раздался второй звонок — спрашивали, освящена ли квартира. Наша собеседница поняла, что сделка будет необычной, и расспросила хозяев на предмет всякой чертовщины и небывальщины.

«По всей видимости, им было о чем рассказать, только они боялись, что я или сбегу, или распишу все ужасы в объявлении, и тогда они квартиру никогда не продадут, — предполагает риелтор. — В итоге они все-таки пожаловались, что съезжают, потому что устали от ночных кошмаров и странных шорохов, которые преследуют их на протяжении последних четырех лет».

Шорохи появлялись ранним утром и, как полагали жильцы, были связаны с призраком коллекционера Егорова, когда-то собиравшего редкие иконы и убитого разбойниками. По легенде, с тех пор душа невинной жертвы так и бродит по Преображенскому кладбищу.

Сперва Ирина верила в эту странную историю, пока случайно не познакомилась с соседом своих клиентов. Она приехала проводить просмотр, а тот заносил в лифт какие-то тяжелые предметы и попросил придержать двери. Оказалось, что сосед — спортсмен-тяжеловес и каждое утро занимается на тренажере. В момент знакомства с Ириной он как раз тащил очередную деталь для него. 

Тут-то все и встало на свои места: тренажер стоял вплотную к общей стене и шуршал при работе, но акустика и излишняя впечатлительность клиентов Ирины заставили их отыскать мистическое объяснение звукам, чем расшатали себе нервную систему и пожелали съехать.

А квартиру Ирина продала в течение трех недель — ее купила семейная пара, уставшая от жизни с окнами на шумный проспект.

Экзорцисты-эзотерики

Дмитрий Кузнецов выступал риелтором со стороны покупателей, которые искали жилье поближе к своим родителям и школе, в которой учился их ребенок. Это был Пресненский район, квартал за Ваганьковским кладбищем. Так вышло, что и цена, и планировка, и близость к важным объектам для его клиентов совпали в доме, окна которого выходили именно на кладбище. Впрочем, для покупателей этот факт оказался скорее плюсом и гарантией, что под окнами не начнут никакое строительство. Да и обильная зелень их тоже радовала.

«Единственная проблема — какие-то мутные собственники, которые по несколько раз переносили просмотры, долго искали нужные документы и вообще производили несколько странное впечатление, — рассказывает Дмитрий. — Квартира была в хорошем состоянии, и ничто не наводило на мысль о каких-то творящихся в ней непотребствах. Но на всякий случай я решил пройтись по соседям».

И тут выяснилось, что интуиция Дмитрия не подвела: по словам соседей, продавцы были «то ли эзотериками, то ли экзорцистами, то ли еще какими-то сатанистами». Правда, никаких месс, заметных подъездным наблюдателям, в квартире не проводилось, но косвенные улики были (мрачные гости в темных балахонах, мерцание свечей в ночных окнах).

О своем открытии Дмитрий сообщил клиентам-покупателям, после краткого консилиума было решено на него не реагировать.

Но на всякий случай риелтор настоятельно порекомендовал запросить справки из нарко- и психоневрологического диспансеров. Справки продавцы предоставили без проблем, и сделка состоялась.

Новых собственников совершенно не беспокоят соседство с могилами и городские байки о призраках Ваганьковского кладбища.

Ненавязчивое соседство

Руководитель «Агентства ФЛЭТ» Елена Толстикова знакома с такой ситуацией не понаслышке: сама живет по соседству с погостом (это, кстати, наглядно демонстрирует отношение к вопросу профессионала рынка). По словам Елены, ее дом расположен в прекрасном месте: окна выходят на лес, сразу за которым — кладбище.

«Когда мы покупали нашу квартиру, то знали, что совсем рядом находится кладбище. Но этот факт меня никогда не смущал — я об этом даже не задумывалась, пока не выставила на продажу квартиру соседки. Как-то на просмотр пришел мужчина, внимательно осмотрел квартиру и спрашивает, не беспокоят ли соседи. Посмотрев на меня, соседка ответила: «Нет, стены у нас толстые — мы их совсем не слышим». Мужчина многозначительно посмотрел на лес, кивнул головой и спросил еще раз: «А ТЕ соседи?» Соседка громко засмеялась и заверила, что те, которые за лесом, вообще тихие и уж они не беспокоят точно».

В практике риелтора офиса «Сущевский» сети «Миэль» Юлии Савкиной был случай с продажей кладбищенских видов: 22-й этаж, из окон спальни — боковой вид на кладбище и маленький храм при нем. Сама квартира при этом отличная, отмечает Юлия: общая площадь — 92 кв. м, нормальный косметический ремонт (некогда евро). Ну и видовые, так сказать, характеристики.

«Покупатели реагировали очень по-разному, — комментирует Юлия Савкина, — начиная с «ешкин кот!» и заканчивая «не, ну а че… садик и школа рядом, поликлиника тут же, кладбище под боком». Но почему-то не брали. В итоге квартиру все-таки купили те, кто вообще не обращал внимание на вид из окон».

Александр А. тоже знаком с покупкой квартиры «с видом» — друг приобрел. Она находится на 26-м этаже, и летом кладбища практически не видно, зато рядом всегда есть парковочные места, а самое главное — на его месте ничего не построят, поэтому окна в окна он жить не будет, рассуждает Александр.

А вот Наталья уточняет, что, летом, когда окна открыты, каждый день похоронный марш слышно. «У однокурсника была такая квартира. Пришли к нему летом дипломный проект делать, а за окном — «веселая» музыка. Правда, дело давно было».

Риелтор Алина Степанова скептически напоминает, что бояться нужно живых: «Недавно продали такую квартиру в Красногорске. Моей подруге она досталась в наследство от бабушки, которая получила это жилье в советское время по очереди. У квартиры было темное прошлое: когда-то давно в ней жена убила мужа, ее посадили и она умерла в тюрьме».

В практике Елены Г. был случай, когда она продавала квартиру с видом на морг — пришлось сделать дисконт в 200 тыс. рублей (по сравнению с аналогичной квартирой в соседнем крыле без этой особенности). Это был четвертый этаж сталинского дома — покупательница заявила, что просто так из окна морга не видно, а подходить специально и разглядывать, что внизу происходит, в ее планы не входит. И купила.

Не по фэншуй

Но такую позицию занимают далеко не все покупатели. Несколько лет назад Ольга покупала квартиру и в процессе выбора отказалась от неплохого варианта. «Квартира в целом подходила: меня устраивали и цена (во всяком случае, продавец намекнул на скидку), и планировка. Но окна спальни выходили аккурат на склеп, причем его не маскировала ни зелень, ни забор — я легко могла прочесть табличку. Меня оттолкнул этот вид, и никакие потенциальные плюсы не перевесили интуитивное неприятие такого жилья».

Оттолкнул — и правильно, подтверждает мастер по фэншуй Оксана Борисова: значит, человеку важна энергетика его жилья, и, если бы Ольга проигнорировала свою интуицию, жить в этой квартире ей было бы очень некомфортно.

«Фэншуй считает соседство с кладбищем неблагоприятным условием для жизни, поскольку в подобных местах сконцентрирована иньская энергия Ци — энергия темноты и холода. В восточных странах жилье с таким видом пользуется меньшим спросом — цены на него ниже».

Оксана Борисова,мастер по фэншуй

Ольга Л. вспоминает, как однажды подбирала себе дачу — так, чтобы недорого, не за тридевять земель от Москвы и дом приличный (такой комплект всегда надо хорошо искать).

«Нашла домишко мечты, приехала в СНТ и вижу, что в конце участка — бетонная стена. Я думала, там санаторий какой-то за забором — очень уж лес густой. Прошла, но тишина такая, что меня жуть берет! Я, знаете ли, очень верю во всякую мистику. Спрашиваю: «Что за забором? Мне страшно почему-то». А хозяин мне спокойно так отвечает: «Да у нас тут земля, посмотрите, какая хорошая! Как думаете, почему? Кладбище за этим бетонным забором». Я поблагодарила и уехала. Но этот случай не забуду никогда, до сих пор помню свои ощущения», — говорит Ольга.

Лариса Е. тоже чувствительна к подобным темам. Однажды вся ее семья поехала в отпуск, арендовали на месяц дом в Анапе. «И вдруг я чувствую, что в доме покойник. Даже маме сказала, что тут умер кто-то. Спросили потом соседей — и точно: весной умерла хозяйка, а сдавала дом ее сестра. Зато на кладбище мне хорошо и спокойно. Ведь если души и живут, то точно не около места, где их закопали или сожгли. Так что, думаю, нормально жить около кладбища. А вот у морга не стала бы. Даже рядом с больницами мне некомфортно», — аргументирует свою позицию Лариса.

Чтобы нейтрализовать вредное влияние, необходимо создать в квартире яркое освещение, почаще зажигать свечи и благовония — в этом случае Ци удастся уравновесить, советует Оксана Борисова. Но все-таки главная рекомендация в подобных обстоятельствах — прислушаться к себе: если что-то внутри протестует против могильного соседства — значит, стоит поискать другой объект.

Комплексы «без комплексов»

В Москве и Подмосковье есть несколько жилых комплексов «без комплексов» — они расположены рядом с кладбищами. Вот, например, вид с Хованского кладбища на ЖК «Саларьево парк».

А вот — вид от колумбария Введенского кладбища на ЖК «Лефорт».

Фото: bochkarev_b/Instagram

Есть подобные ЖК и в Петербурге: комплекс ArtLine выходит окнами на Серафимовское кладбище (от крайних могил до угла жилого дома № 1 — всего-то 40 м). Впрочем, риелторы считают, что уж лучше кладбище, чем автозаправка и склады: хотя бы зелено и тихо.

Не исключено, что в скором времени строить жилье рядом с кладбищем могут запретить: Санкт-Петербургский Митрофаниевский союз (единственная в России градозащитная организация, которая специализируется на вопросах изучения и сохранения кладбищ) выступила с инициативой установить 500-метровую охранную зону вокруг кладбищ, в границах которой нельзя было бы возводить жилые дома. Пока инициатива изучается, дома строятся, а квартиры продаются.

Иллюстрации: Анна Чигарова, Дмитрий Максимов

Ещё новости